Орлова, "... — Порфи́рий! — воскли́кнул то́лстый, уви́дев то́нкого. — Ты́ ли э́то? Голу́бчик мо́й! Ско́лько зи́м, ско́лько ле́т!
— Ба́тюшки! — изуми́лся то́нкий. — Ми́ша! Дру́г де́тства! Отку́да ты взя́лся?
Прия́тели троекра́тно облобыза́лись и устреми́ли дру́г на дру́га глаза́, по́лные слёз. О́ба бы́ли прия́тно ошеломлены́.
— Ми́лый мой! — на́чал то́нкий по́сле лобыза́ния. — Во́т не ожида́л! Во́т сюрпри́з! Ну, да погляди́ же на меня́ хороше́нько! Тако́й же краса́вец, как и бы́л! Тако́й же душо́нок и щёголь! А́х ты, го́споди! Ну́, что́ же ты? Бога́т? Жена́т? Я́ уже́ жена́т, как ви́дишь… Э́то вот моя́ жена́, Луи́за, урождённая Ванценба́х… лютера́нка..."