Жил-был Иван, младший сын. Пустил стрелу куда попало, стрела упала в болото. Внутренний тренер сразу оживился: отличный выбор локации, чемпион, теперь неси ответственность за траекторию.
Принёс лягушку домой. Братья ржут, отец пожимает плечами, а лягушка между тем печёт хлеб лучше невесток и ковры ткёт. Иван осмелел и на пиру уже говорил "мы" вместо "я".
А потом нашёл кожу и сжёг. Не спросил, не обсудил, просто решил за двоих: так будет лучше. Внутренний тренер аплодировал: вот это по-мужски, взял и порешал.
Василиса собрала вещи молча. Сказала только: подождал бы три дня, я бы сама. И улетела к Кощею.
И вот тут в сказке самое интересное. Иван не написал ей вслед "ну и лети", не завёл новую лягушку, не рассказывал братьям, какая она оказалась сложная. Он стоптал три пары железных сапог. Внутренний тренер по дороге сменил риторику: ладно, чемпион, кардио тоже считается.
Смерть Кощея, как известно, была в игле. А ответственность Ивана оказалась не в том, чтобы решить за неё, а в том, чтобы дойти. Решать за двоих легко. Идти за последствиями - вот на этот подвиг ходят редко.
Кожу с тех пор никто не жжёт. Все просто расходятся на этапе болота.
Вопрос: а вы чью-нибудь кожу сжигали? И докуда потом дошли - до Кощея или до "сама виновата"?
1
1